NOURNEWS- В последние месяцы политика США в отношении Венесуэлы вступила в фазу, основанную, прежде всего, на криминализации, запугивании и постепенной демонстрации силы. Вашингтон первым обратил внимание на судебные дела против Николаса Мадуро, обвинив его в «организованных связях с наркокартелями» - обвинение, которое годами использовалось в качестве инструмента политического давления на правительство Каракаса. В то же время в американских СМИ целенаправленно воспроизводился нарратив о «государственном картеле», чтобы представить любые последующие действия как «борьбу с транснациональной преступностью», а не как военную агрессию.
В этом контексте Соединенные Штаты расширили свои полевые операции на Карибское море. Атаки на несколько судов, приписываемых Венесуэле, и объявление об их уничтожении, захват танкеров, перевозивших нефть страны, и постоянная демонстрация военных кораблей в окружающих водах были частью инсценированного сценария. Цель заключалась в том, чтобы психологически подорвать структуру власти и внушить мысль о том, что дальнейшее сопротивление бесполезно.
Наряду с этими действиями, демонстрация силы со стороны Америки в последние несколько недель вполне объяснима: это была продуманная демонстрация военной мощи, скорее попытка заставить другую сторону капитулировать без конфликта, чем прелюдия к полномасштабной войне. Переброска войск, военные перелеты, угрозы и противоречивые заявления Трампа - все это основывалось на общей логике: Создание паники среди венесуэльских чиновников и слом политической воли еще до того, как прозвучит настоящий выстрел. Это та же схема, которую Вашингтон уже применял в других случаях: максимальное давление в надежде на внутренний крах.
В этом контексте военную атаку США и то, что Вашингтон называет «арестом и передачей Мадуро», можно рассматривать как кульминацию этого процесса. С формальной точки зрения, эта акция рассматривается как полный переход от фазы угроз и запугивания к жестким действиям. Но ее важность заключается не в самой операции, а в непосредственных последствиях, когда ожидания Америки относительно политического краха не оправдались.
После нападения политическая структура Венесуэлы продемонстрировала скоординированный ответ. Высокопоставленные чиновники страны продолжали признавать Мадуро законным президентом и призывали к его освобождению. Эта позиция представляла собой формальное заявление о сохранении суверенитета и неприятии любой передачи власти. В стратегической логике, если ключевые институты страны сохраняют политическую власть задержанного лица, это означает, что военная операция не достигла своей главной цели, а именно - сломить властную структуру.
В этой ситуации Трамп попытался изменить ход событий. Разговоры о «назначении нового правителя для Венесуэлы» и «продаже нефти страны потребителям» были попыткой установить контроль после операции. Однако эти утверждения противоречат фундаментальной реальности: невозможно осуществлять политический и экономический суверенитет без полевого, административного и охранного контроля.
Ситуация сложилась таким образом, что действия США, от криминализации и захвата нефтяных танкеров до военных атак, не привели к каким-либо долгосрочным стратегическим достижениям. Ни капитуляция не была достигнута без конфликта, ни раскол в структуре власти, ни возможность проявления политической воли Америки не были созданы.
Сегодня становится очевидным существенный разрыв между масштабами демонстрации силы Америки и реальными результатами её действий. Военное нападение теперь стало не признаком окончания кризиса, а свидетельством стратегического тупика; тупика, который можно скрыть пропагандой, но который невозможно разрешить, исходя из реальной ситуации на местах.
NourNews